Неточные совпадения
Расстроено оно было скотскими падежами, плутами приказчиками, неурожаями, повальными болезнями, истребившими
лучших работников, и, наконец, бестолковьем
самого помещика, убиравшего себе в Москве дом в последнем вкусе и убившего на эту уборку все состояние свое до последней копейки, так что уж не на что было есть.
И в ожидании
лучшего принужден был даже заняться званием поверенного, званием, еще не приобретшим у нас гражданства, толкаемым со всех сторон, плохо уважаемым мелкою приказною тварью и даже
самими доверителями, осужденным на пресмыканье в передних, грубости и прочее, но нужда заставила решиться на все.
Послушай, Чичиков, ведь тебе, право, стыдно, у тебя, ты
сам знаешь, нет
лучшего друга, как я.
— Помилуй!
самый приятный дом на водах! Все здешнее
лучшее общество…
Раз приезжает
сам старый князь звать нас на свадьбу: он отдавал старшую дочь замуж, а мы были с ним кунаки: так нельзя же, знаете, отказаться, хоть он и татарин. Отправились. В ауле множество собак встретило нас громким лаем. Женщины, увидя нас, прятались; те, которых мы могли рассмотреть в лицо, были далеко не красавицы. «Я имел гораздо
лучшее мнение о черкешенках», — сказал мне Григорий Александрович. «Погодите!» — отвечал я, усмехаясь. У меня было свое на уме.
— Послушай, Казбич, — говорил, ласкаясь к нему, Азамат, — ты добрый человек, ты храбрый джигит, а мой отец боится русских и не пускает меня в горы; отдай мне свою лошадь, и я сделаю все, что ты хочешь, украду для тебя у отца
лучшую его винтовку или шашку, что только пожелаешь, — а шашка его настоящая гурда [Гурда — сорт стали, название
лучших кавказских клинков.] приложи лезвием к руке,
сама в тело вопьется; а кольчуга — такая, как твоя, нипочем.
Она сообщала, между прочим, что, несмотря на то, что он, по-видимому, так углублен в
самого себя и ото всех как бы заперся, — к новой жизни своей он отнесся очень прямо и просто, что он ясно понимает свое положение, не ожидает вблизи ничего
лучшего, не имеет никаких легкомысленных надежд (что так свойственно в его положении) и ничему почти не удивляется среди новой окружающей его обстановки, так мало похожей на что-нибудь прежнее.
— Они
самые и есть-с, Вахрушин, Афанасий Иванович, и по просьбе вашей мамаши, которая через них таким же манером вам уже пересылала однажды, они и на сей раз не отказали-с и Семена Семеновича на сих днях уведомили из своих мест, чтобы вам тридцать пять рублев передать-с, во ожидании лучшего-с.
Между тем как она со слезами готовила все, что нужно к завтраку, Бульба раздавал свои приказания, возился на конюшне и
сам выбирал для детей своих
лучшие убранства.
Волк, близко обходя пастуший двор
И видя, сквозь забор,
Что́, выбрав
лучшего себе барана в стаде,
Спокойно Пастухи барашка потрошат,
А псы смирнёхонько лежат,
Сам молвил про себя, прочь уходя в досаде:
«Какой бы шум вы все здесь подняли, друзья,
Когда бы это сделал я...
От этого на столе у Пшеницыных являлась телятина первого сорта, янтарная осетрина, белые рябчики. Он иногда
сам обходит и обнюхает, как легавая собака, рынок или Милютины лавки, под полой принесет
лучшую пулярку, не пожалеет четырех рублей на индейку.
И впрямь страшенный грех!»
— И впрямь: нам вечно маяться,
Ох-ох!.. — сказал
сам староста,
Опять убитый, в
лучшееНе верующий Влас.
— Этот вопрос занимает теперь
лучшие умы в Европе. Шульце-Деличевское направление… Потом вся эта громадная литература рабочего вопроса,
самого либерального Лассалевского направления… Мильгаузенское устройство — это уже факт, вы, верно, знаете.
С вечера Константин Левин пошел в контору, сделал распоряжение о работах и послал по деревням вызвать на завтра косцов, с тем чтобы косить Калиновый луг,
самый большой и
лучший.
— Ты во многом переменился с тех пор, как женился, и к
лучшему, — сказал Сергей Иванович, улыбаясь Кити и, очевидно, мало интересуясь начатым разговором, — но остался верен своей страсти защищать
самые парадоксальные темы.
Только что она вышла, быстрые-быстрые легкие шаги зазвучали по паркету, и его счастье, его жизнь, он
сам —
лучшее его
самого себя, то, чего он искал и желал так долго, быстро-быстро близилось к нему.
— «Никак», — подхватил он тонко улыбаясь, — это
лучшее средство. — Я давно вам говорю, — обратился он к Лизе Меркаловой, — что для того чтобы не было скучно, надо не думать, что будет скучно. Это всё равно, как не надо бояться, что не заснешь, если боишься бессонницы. Это
самое и сказала вам Анна Аркадьевна.
Это было
самое особенное,
лучшее его выражение.
Для чего она сказала это, чего она за секунду не думала, она никак бы не могла объяснить. Она сказала это по тому только соображению, что, так как Вронского не будет, то ей надо обеспечить свою свободу и попытаться как-нибудь увидать его. Но почему она именно сказала про старую фрейлину Вреде, к которой ей нужно было, как и ко многим другим, она не умела бы объяснить, а вместе с тем, как потом оказалось, она, придумывая
самые хитрые средства для свидания с Вронским, не могла придумать ничего
лучшего.
«Пять лет тому назад я женился. Первый месяц, the honey-moon, [медовый месяц (англ.)] провел я здесь, в этой деревне. Этому дому обязан я
лучшими минутами жизни и одним из
самых тяжелых воспоминаний.
«Это не
самая плохая из историй борьбы королей с дворянством. Король и дворянство, — повторил он, ища какой-то аналогии. — Завоевал трон, истребив
лучших дворян. Тридцать лет царствовал. Держал в своих руках судьбу Пушкина».
—
Самая слабая опера Римского-Корсакова талантливее
лучшей оперы Верди…
— Люблю противоречить. С детства приучился. Иногда, за неимением
лучшего объекта,
сам себе противоречу.
Г-жа Простакова (бросаясь обнимать Софью). Поздравляю, Софьюшка! Поздравляю, душа моя! Я вне себя от радости! Теперь тебе надобен жених. Я, я
лучшей невесты и Митрофанушке не желаю. То — то дядюшка! То-то отец родной! Я и
сама все-таки думала, что Бог его хранит, что он еще здравствует.
Зурин тотчас распорядился. Он
сам вышел на улицу извиняться перед Марьей Ивановной в невольном недоразумении и приказал вахмистру отвести ей
лучшую квартиру в городе. Я остался ночевать у него.
Там есть горы, равные нашим высочайшим горам, горящие пики, и в горах — мы знаем уже — родится
лучшая медь в свете, но не знаем еще, нет ли там
лучших алмазов, серебра, золота, топазов и, наконец, что дороже золота,
лучшего каменного угля, этого
самого дорогого минерала XIX столетия.
Шанхай
сам по себе ничтожное место по народонаселению; в нем всего (было до осады) до трехсот тысяч жителей: это мало для китайского города, но он служил торговым предместьем этим городам и особенно провинциям, где родится
лучший шелк и чай — две
самые важные статьи, которыми пока расплачивается Китай за бумажные, шерстяные и другие европейские и американские изделия.
Мне несколько неловко было ехать на фабрику банкира: я не был у него
самого даже с визитом, несмотря на его желание видеть всех нас как можно чаще у себя; а не был потому, что за визитом неминуемо следуют приглашения к обеду, за который садятся в пять часов, именно тогда, когда настает в Маниле
лучшая пора глотать не мясо, не дичь, а здешний воздух, когда надо ехать в поля, на взморье, гулять по цветущим зеленым окрестностям — словом, жить.
Бросились они все разом в болото, и больше половины их тут потопло («многие за землю свою поревновали», говорит летописец); наконец, вылезли из трясины и видят: на другом краю болотины, прямо перед ними, сидит
сам князь — да глупый-преглупый! Сидит и ест пряники писаные. Обрадовались головотяпы: вот так князь!
лучшего и желать нам не надо!
Да, это именно те
самые пепельные кудри, та
самая матовая белизна лица, те
самые голубые глаза, тот
самый полный и трепещущий бюст; но как все это преобразилось в новой обстановке, как выступило вперед
лучшими, интереснейшими своими сторонами!
Cемен Константинович Двоекуров градоначальствовал в Глупове с 1762 по 1770 год. Подробного описания его градоначальствования не найдено, но, судя по тому, что оно соответствовало первым и притом
самым блестящим годам екатерининской эпохи, следует предполагать, что для Глупова это было едва ли не
лучшее время в его истории.
Как молодицы, с корабликом на голове, которого верх сделан был весь из сутозолотой парчи, с небольшим вырезом на затылке, откуда выглядывал золотой очипок, с двумя выдавшимися, один наперед, другой назад, рожками
самого мелкого черного смушка; в синих, из
лучшего полутабенеку, с красными клапанами кунтушах, важно подбоченившись, выступали поодиночке и мерно выбивали гопака.
— Не погибнут, потому что эти двести рублей их все-таки не минуют. Он все равно возьмет их завтра. Завтра-то уж наверно возьмет, — проговорил Алеша, шагая в раздумье. — Видите ли, Lise, — продолжал он, вдруг остановясь пред ней, — я
сам тут сделал одну ошибку, но и ошибка-то вышла к
лучшему.
—
Самое это лучшее-с, — подхватил тот, точно и ждал того, — только разве то, что из Москвы вас могут по телеграфу отсюда обеспокоить-с, в каком-либо таком случае-с.
Насчет этого даже целая задача: один министр так даже мне
сам признавался, что все
лучшие идеи его приходят к нему, когда он спит.
И хотя бы мы были заняты
самыми важными делами, достигли почестей или впали бы в какое великое несчастье — все равно не забывайте никогда, как нам было раз здесь хорошо, всем сообща, соединенным таким хорошим и добрым чувством, которое и нас сделало на это время любви нашей к бедному мальчику, может быть,
лучшими, чем мы есть в
самом деле.
В
самой глубине народной жизни, у
лучших людей из народа никакого народничества нет, там есть жажда развития и восхождения, стремление к свету, а не к народности.
Но эта власть
лучших должна быть порождена из
самых недр народной жизни, должна быть имманентна народу, его собственной потенцией, а не чем-то навязанным ему извне, поставленным над ним.
Лучшие,
самые яркие,
самые гениальные страницы Розанова написаны против Христа и христианства.
Он благоговейно ужасался, чувствуя, как приходят в равновесие его силы и как
лучшие движения мысли и воли уходят туда, в это здание, как ему легче и свободнее, когда он слышит эту тайную работу и когда
сам сделает усилие, движение, подаст камень, огня и воды.
— То есть
лучший мужчина: рослый, здоровый, буря ему нипочем, медведей бьет, лошадьми правит, как
сам Феб, — и красота, красота!
Там бумажка с словами: «К этому ко всему, — читала она, — имею честь присовокупить
самый драгоценный подарок!
лучшего моего друга —
самого себя. Берегите его. Ваш ненаглядный Викентьев».
— Да, соловей, он пел, а мы росли: он нам все рассказал, и пока мы с Марфой Васильевной будем живы — мы забудем многое, все, но этого соловья, этого вечера, шепота в саду и ее слез никогда не забудем. Это-то счастье и есть, первый и
лучший шаг его — и я благодарю Бога за него и благодарю вас обеих, тебя, мать, и вас, бабушка, что вы обе благословили нас… Вы это
сами думаете, да только так, из упрямства, не хотите сознаться: это нечестно…
Между тем она, по страстной, нервной натуре своей, увлеклась его личностью, влюбилась в него
самого, в его смелость, в
самое это стремление к новому,
лучшему — но не влюбилась в его учение, в его новые правды и новую жизнь, и осталась верна старым, прочным понятиям о жизни, о счастье. Он звал к новому делу, к новому труду, но нового дела и труда, кроме раздачи запрещенных книг, она не видела.
«Нет, это не ограниченность в Тушине, — решал Райский, — это — красота души, ясная, великая! Это
само благодушие природы, ее
лучшие силы, положенные прямо в готовые прочные формы. Заслуга человека тут — почувствовать и удержать в себе эту красоту природной простоты и уметь достойно носить ее, то есть ценить ее, верить в нее, быть искренним, понимать прелесть правды и жить ею — следовательно, ни больше, ни меньше, как иметь сердце и дорожить этой силой, если не выше силы ума, то хоть наравне с нею.
Я думала, что
самый ум ваш скажет вам… где настоящая жизнь — и где ваша
лучшая роль…
И любители роются в товаре и всегда находят что купить. Время от времени около этих рогож появляется владелец колокольного завода, обходит всех и отбирает обломки
лучшей бронзы, которые тут же отсылает домой, на свой завод.
Сам же направляется в палатки антикваров и тоже отбирает лом серебра и бронзы.
Дом этот в те времена был одним из
самых больших и
лучших в Москве, фасадом он выходил на Тверскую, выстроен был в классическом стиле, с гербом на фронтоне и двумя стильными балконами.
Сострадательные люди, не оправдывающие его, могли бы также сказать ему в извинение, что он не совершенно лишен некоторых похвальных признаков: сознательно и твердо решился отказаться от всяких житейских выгод и почетов для работы на пользу другим, находя, что наслаждение такою работою —
лучшая выгода для него; на девушку, которая была так хороша, что он влюбился в нее, он смотрел таким чистым взглядом, каким не всякий брат глядит на сестру; но против этого извинения его материализму надобно сказать, что ведь и вообще нет ни одного человека, который был бы совершенно без всяких признаков чего-нибудь хорошего, и что материалисты, каковы бы там они ни были, все-таки материалисты, а этим
самым уже решено и доказано, что они люди низкие и безнравственные, которых извинять нельзя, потому что извинять их значило бы потворствовать материализму.
Ясное дело, что положение молодой девушки не могло перемениться к
лучшему. Компаньонка стала осторожнее, но, питая теперь личную ненависть и желая на ней выместить обиду и унижение, она отравляла ей жизнь мелкими, косвенными средствами;
само собою разумеется, что княгиня участвовала в этом неблагородном преследовании беззащитной девушки.